Апрель 16

Немного о Котейках

dl

Иллюстрация: dreaming_lucy

Итак, Котейка был не плохим. Хорошим он тоже не был — он был Котейкой. Быть Котейкой очень не просто, ведь вокруг море опасностей, и когда сидишь у окна и смотришь в него, все запотевшее — мир кажется пугающим. Мир на то и мир, чтобы быть пугающим. Он таится за темными углами и пугает Котеек. Хорошо, что Котейки сидят дома и наблюдают мир в окно. Иные, правда, гуляют по миру, но те скорее отвязные пираты, что сошли с киноэкрана. И те Котейки иные. И «иные» не в том плане, что с похмелья входят в сумрак, и мерещатся им там зеленые черти. Нет. Сумрак, это скорее удел Пейсателей, а Котейки, они просто другие — физически здоровые и ругаются матом. Домашние Котейки матом не ругаются, и поэтому домашние. Но это мелочи, ведь у каждого в душе есть свой Котейка.

Он ранимый, и очень добрый. И вот, Котейка, сидя у окна, сидит и думает: «Хорошо то как быть Котейкой!». А потом, он пошел попил молока, съел печенюшку и пошел спать.

Декабрь 16

Журналистский фактор

jf

Белизна стен и яркий ослепляющий свет — это было первое, что встретило меня при входе. В просторном холле уже было многолюдно. Хотя я, по советской привычке, приехал за два часа до назначенного времени. Но, чего я удивляюсь? Когда в воскресение ни свет ни заря раздаётся телефонный звонок, и гнусавый женский голос просит приехать на мероприятие «точно к назначенному», то обязательно приедешь на пару часов раньше — в знак протеста. На это видимо и рассчитывали — среди толпы я не увидел самых ранних птах, которые живут по принципу: «Кто рано встаёт — тому Бог даёт». В толпе в основном были лежебоки, которых если и вытащишь в воскресенье из постели рано утром, то только пушечным выстрелом. Или нежданным телефонным, но, тем не менее, важным звонком.

Суровые шкафы-охранники не проявляя эмоций, грубо шмонали людей на проходной. Делали они это слаженно и быстро. Их грубость была скорее рефлекторная, нежели намеренная. Но со стороны казалось, что они мануфактурно ощипывают кур: один хватает курицу, второй отрывает голову, третий ощипывает, четвертый потрошит, а пятый в суп кидает. Только все это происходит с людьми,  только вместо отрывания башки — обыск. Люди, живущие в  России, были и  не к такому привыкшие, поэтому процедуру обыска сносили стойко. И, ошалелые, после молниеносного марш-броска и обыска, они, пошатываясь, направлялись дальше, чтобы через каких-то двести метров скрыться за поворотом. Что ж, мне, как и всем, предстояла эта же экзекуция. «Так чего откладывать в долгий ящик?» — подумал я, цепляя на себя идентификатор с надписью «Пресса». И направился в самую гущу событий.
Читать далее